Очень медленно он сделал еще одну петлю.

Он связал передние лапы собаки и та осталась лежать на боку, тяжело дыша. Между полосами ремня был виден темный влажный язык. Фиолетовые искры в зрачках вспыхивали с размеренностью метронома.

Он долго смотрел на результат своей предварительной победы, а потом отправился на кухню готовить еду...

Ему понадобилось довольно много времени, чтобы найти гибкую трубку подходящего диаметра. Он приспособил для этой цели кусок садового шланга. Из металлического прута от ручки зонта он сделал поршень, плотно обмотав его тряпкой.

Он залил в шланг полужидкую массу с отвратительным запахом, в которую, тем не менее, входили не самые худшие ингредиенты.

С этим орудием насилия он приблизился к неподвижно лежащей собаке. Положил шланг на пол у стены, загнув кверху его открытый конец, и пальцами аккуратно раздвинул ее губы. Звериный запах ударил ему в ноздри, но это не был запах пищи.

Он высвободил одну руку и вытер о брюки скользкую тягучую слюну. Глаза животного неподвижно смотрели в одну точку на стене.

Он дотянулся до шланга и ввел его открытый конец в темный провал за клыками. При этом он выплеснул на себя часть еды, предназначенной для собаки. Это уже был повод для бешенства... Шланг входил тяжело. Было видно, как резина упруго обтекает намертво сцепленные зубы, которые он даже не пытался разжать. Во второй раз за этот мрачный день он покрылся потом.

- Ну, давай, - собственный хриплый шепот почти испугал его. Раздвоение личности стало абсолютным. Номер первый говорил номеру второму, что делать. Номер второй подчинялся беспрекословно.

Номер второй ввел шланг в самое собачье горло, пока рвотные судороги не стали сотрясать тело животного. Тогда он оттянул шланг назад и принялся заталкивать поршень внутрь черного резинового червя.

Под собачьей головой появилось быстро расплывающееся тошнотворное пятно.